Телефон Горячей Линии для жителей Москвы и Московской области

С 9-00 до 21-00

Юридическая Консультация в Офисе и по Телефону

С 9-00 до 21-00

(916) 688-96-21


(495) 963-23-88

РЕШЕНИЕ ВАШИХ ПРОБЛЕМ В ТРИ ЭТАПА:
ЮРИДИЧЕСКАЯ КОНСУЛЬТАЦИЯ

ОСНОВАНИЯ И ПОРЯДОК ПРИЗНАНИЯ ЛИЦА В КАЧЕСТВЕ ПОТЕРПЕВШЕГО КОНСУЛЬТАЦИЯ АДВОКАТА

       Своевременное и обоснованное решение вопроса о возбужде­нии уголовного дела и признании заявителя о совершенном в от­ношении его преступлении в качестве потерпевшего открывает для правоохранительных органов возможность для быстрого и полного раскрытия совершенного преступления, а также для действенной защиты конституционных прав и законных интересов потерпевших. Часть 2 ст. 140 УПК РФ устанавливает, что основанием для возбуж­дения уголовного дела является наличие достаточных данных, ука­зывающих на признаки преступления. Для определения достаточно­сти данных о совершении преступления дознаватель и следователь обязаны тщательно проверять устно сообщенные или письменно заявленные потерпевшим обстоятельства и представленные им пред­меты, документы или иные данные в качестве доказательств. Если работники правоохранительных органов государства по тем или иным причинам не производят своевременно осмотр места происшествия, не выявляют и не сохраняют предметы и следы совершенного пре­ступления, надлежаще не оценивают представленные потерпевшим документы и иные предметы, которые прямо указывают на высокую вероятность факта совершения преступления и могут иметь доказа­тельственное значение по делу, то их решения как об отказе в возбуждении уголовного дела, так и о возбуждении уголовного дела и признании заявителя о преступлении в качестве потерпевшего являются необоснованными и незаконными.

      Должностное лицо органа дознания, дознаватель и следователь обязаны возбудить уголовное дело и признать пострадавшего от преступления потерпевшим после сбора минимального объема не­обходимых данных, которые указывают на признаки преступления, поскольку полный и окончательный сбор достаточных доказательств осуществляется на всем протяжении дознания, предварительного и судебного следствия при обязательном участии потерпевшего.

        Без предварительного признания и последующего активного участия потерпевшего в уголовном процессе полный и окончатель­ный сбор достаточных доказательств для вынесения обвинительно­го заключения и передачи материалов уголовного дела в суд про­сто невозможен. Поэтому момент вынесения правоохранителями постановления о признании жертвы преступления в качестве потер­певшего и допуска его к участию в уголовном судопроизводстве должен существенно предшествовать полному и окончательному сбору достаточных доказательств. Иными словами, дознаватель или следователь обязаны возбуждать уголовное дело и признать зая­вителя в качестве потерпевшего не тогда, когда ими уже полностью собраны все доказательства для обвинения подозреваемого в совершении преступления, но гораздо раньше, когда выявлены толь­ко некоторые самые главные обстоятельства и признаки сообщен­ного преступления, однако когда еще не установлены личность подозреваемого, мотивы совершения последним преступления и многие другие обстоятельства дела. Остальные обстоятельства должны быть расследованы при полномерном процессуальном участии уже юри­дически признанного потерпевшего с присущим ему полным набором процессуальных прав и обязанностей в предварительном и судебном следствии. Например, если в правоохранительные органы обратился человек с заявлением о том, что на его жизнь было совершено покушение посредством выстрела из огнестрельного оружия, то после незамедлительного осмотра места происшествия и выявления следов преступления в виде пули или гильзы от патрона, специфических повреждений окружающих место совершения пре­ступления предметов и т.п. они еще до полного выяснения многих других обстоятельств дела обязаны сразу же возбудить уголовное дело и признать заявителя потерпевшим с тем, чтобы уже с его процессуальным участием и активной помощью в ходе предварительного следствия предпринять все необходимые следственные действия для раскрытия преступления, выявления виновного и привлечения его к уголовной ответственности.

        Вопрос о достаточности данных для возбуждения уголовного дела является непростым, и об этом свидетельствует значительная часть неправомерных отказов от возбуждения уголовного дела и признания заявителя в качестве потерпевшего. Неправомерный, или незаконный, отказ в признании потерпевшим фактически пострадав­шего лица нередко остается в силе даже после подачи соответ­ствующим лицом жалобы в суд в порядке ст. 125 УПК РФ, так как сами суды не производят те действия, которые присущи органам дознания, следствия или прокуратуры (например, осмотр места про­исшествия, приобщение представленных пострадавшим доказательств к делу, медицинское освидетельствование и т.д.), а только могут отменить незаконное постановление дознавателя или следователя об отказе в возбуждении уголовного дела и возвратить дело для дополнительного производства, которое при недобросовестности (ко­рыстная или иная заинтересованность) и некомпетентности (отсутствие специального юридического образования или положительных навыков для проведения дознания или следствия) правоохранителей может снова оказаться безрезультатным. Именно коррумпирован­ность или профессиональное невежество правоохранителей, наряду с другими (идеологическими, политическими, экономическими, этни­ческими) обстоятельствами жизни, является также причиной призна­ния потерпевшими физических или юридических лиц без достаточ­ных на то оснований по заказным делам.

         В отличие от судебного приговора, который должен быть осно­ван на убеждающей полноте всех истинных обстоятельств совер­шенного преступления, постановление дознавателя или следователя о возбуждении уголовного дела должно быть основано на доста­точно высокой вероятности факта и признаков предусмотренного уголовным законодательством преступления. Так, например, по спра­ведливому замечанию отдельных авторов, закон не требует, чтобы знание о наличии признаков преступления было достоверным, по­скольку такой уровень познания достигается лишь тогда, когда эти признаки установлены в необходимой совокупности, характеризую­щей деяние как общественно опасное и уголовно наказуемое. Орган дознания делает обоснованное предположение о том, что указан­ные заявителем данные имеют место, но приступает к их расследо­ванию и доказыванию в процессе своей деятельности. Проверяя то или иное сообщенное обстоятельство, дознаватель или следователь в процессе расследования приходит к выводу о достаточности данных для возбуждения уголовного дела, хотя их единственным источни­ком является заявление потерпевшего.

       Без предварительного вынесения постановления о возбуждении уголовного дела и признания заявителя о совершенном преступле­нии потерпевшим последний не сможет стать участником уголовно­го процесса и использовать предоставленные ему УПК РФ реаль­ные возможности оказать помощь правоохранителям в процессе собирания и представления достаточных для вынесения обвинитель­ного заключения доказательств по делу. Своевременное возбуж­дение уголовного дела является одним из условий реализации конституционного положения об обеспечении доступа потерпевшего от преступления к правосудию. Обеспечить доступ потерпевшего от преступления к правосудию и защитить нарушенные преступлением его права и законные интересы можно только при условии, что должно­стные лица, осуществляющие уголовное судопроизводство, действуют активно, законно, обоснованно, профессионально грамотно.

      Между тем по действующему УПК РФ признание в качестве потерпевшего связывается лишь с фактом причинения вреда, тогда как в практике органов дознания, следствия и суда такое признание может быть сделано также и в случаях покушения на совершение преступления, которые не обязательно предполагают фактическое причинение вреда. Например, в случаях покушения на убийство, ког­да преступник не по своей воле не добивается желанного резуль­тата убийства в попытке отравить свою жертву тем или иным ядом или удушающим газом. На наш взгляд, достаточным основанием для признания лица потерпевшим могут быть также уже совершенные чьи-то преступные действия, которыми создалась непосредственная и реальная угроза его жизни, здоровью или имуществу, а не только реальное причинение ему того или иного вреда. К примеру, если совершено покушение на жизнь человека посредством неудачного выстрела в него и он даже об этом не знает, но возбуждено уголовное дело по данному факту, то в качестве потерпевшего должен быть признан данный человек, ибо именно его жизнь была правоохраняемым объектом и именно его человеческое достоин­ство, моральные и иные права должны стать предметом судебного разбирательства.

         Юридический смысл понятий «актуальный потерпевший» и «по­тенциальный потерпевший» заключается в том, что актуальным по­терпевшим является законно признанное органами дознания и след­ствия фактически пострадавшее лицо, которое уже получило статус потерпевшего со всеми вытекающими отсюда правами и обязанно­стями. Потенциальный потерпевший по причине незаконного отказа в признании его потерпевшим не имеет соответствующего уголов­но-процессуального положения, но как реально пострадавшее от преступления лицо имеет другой статус считающего себя постра­давшим заявителя, который имеет потенциальную возможность полу­чить статус признанного (или актуального) потерпевшего.

       Следует заметить, что согласно п. 2 Постановления Пленума Вер­ховного суда РФ от 29.06.2010 № 17 «О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судо­производстве», если совершенное преступление являлось неокончен­ным (приготовление к тяжкому или особо тяжкому преступлению или покушение на преступление), суду при решении вопроса о признании лица потерпевшим следует установить, в чем выразился причиненный ему вред. При этом не исключается возможность причинения такому лицу морального вреда в случаях, когда неоконченное преступление было направлено против конкретного лица.

        Однако на практике возникают ситуации, когда по не зависящим от воли злоумышленников обстоятельствам реальный вред не был причинен потенциальной жертве преступления, но наличествуют все очевидные признаки усеченного состава преступления, скажем, приго­товления или покушения на совершение террористического акта посредством покупки большого количества огнестрельного оружия и взрывчатых веществ недалеко от предполагаемого места соверше­ния преступления. Или же приведем другой пример, когда предпола­гаемой жертве преступления вместе с пищей был предложен смер­тельный яд, но по не зависящим от воли преступников обстоятель­ствам пища не была принята ей и преступный замысел так и не был реализован, но был своевременно раскрыт заявителем о преступле­нии. В таких ситуациях есть достаточные основания для возбуждения уголовного дела по соответствующим статьям УК РФ и признания заявителя потерпевшим, поэтому нет необходимости ждать вынесения постановления о возбуждении уголовного дела до наступления вреда.

     По действующему уголовно-процессуальному законодательству России момент возбуждения уголовного дела и признания заявите­ля потерпевшим определяют орган дознания, дознаватель и следо­ватель после выявления факта причинения лицу физического, имуще­ственного или морального вреда и наличия причинной связи между преступным деянием и наступившим ущербом. На практике же пред­ставители правоохранительных органов по вполне понятным причи­нам, но зачастую вопреки логике уголовно-процессуального дока­зывания выносят такое постановление о признании заявителя в качестве потерпевшего, как правило, не в самом начале, а ближе к концу процесса дознания или предварительного следствия.

      Распространенными на практике являются случаи, когда отдель­ные дознаватели и следователи отказываются принять от заявителей предметы в качестве доказательства факта совершения преступле­ния и подвергнуть их экспертизе, мотивируя указанные действия тем, что на основании ч. 2 ст. 81 УПК РФ это допустимо только после возбуждения уголовного дела. В таких случаях, когда представлен­ные заявителем предметы являются одним из основных доказательств, указывающих на факт совершения преступления в отношении заяви­телей (к примеру, представленный заявителем яд в качестве доказа­тельства о попытке его отравления), следователь и дознаватель немогут в соответствии с действующим уголовно-процессуальным за­коном назначить и провести экспертизу без возбуждения уголовно­го дела, а уголовное дело не может быть возбуждено без предва­рительного принятия и последующей экспертной оценки представ­ленных заявителем предметов, указывающих на признаки совершен­ного против него преступления. Такие решения органов дознания, дознавателей и следователей являются следствием отсутствия чет­кого регулирования в уголовно-процессуальном законодательстве механизма и процедуры представления доказательств, их оценки и исследования на стадии возбуждения уголовного дела.

        Изложенные обстоятельства приводят к нарушениям прав потер­певших, также являются следствием того, что многие жертвы пре­ступлений подчас не решаются сообщать о совершенных против них преступлениях в соответствующие правоохранительные органы, не хотят связываться с ними вообще, будучи уверены в том, что никакой реальной защиты своих прав они все равно не получат.

        Вовсе не случайно то, что, по данным судебно-правовой статис­тики, в России ежегодно жертвами преступлений становятся до 4 миллионов человек. Следует отметить, что, по оценкам экспертов, на одно зарегистрированное преступление в России приходится че­тыре незарегистрированных.

        Проведенные опросы общественного мнения в ходе настоящего исследования показали, что в РФ более 75 процентов лиц, постра­давших от преступлений, предпочитают не обращаться в правоохра­нительные органы, будучи уверены в том, что защиты от последних не получат.

    О неудовлетворительном состоянии дел по своевременному возбуждению уголовных дел и признанию заявителей потерпевшими свидетельствует статистика.

     Очевидно, что произвольная задержка органом дознания, след­ствия или прокуратуры момента вынесения постановления о призна­нии заявителя в качестве потерпевшего неправомерно лишает жерт­ву преступления необходимой и реальной возможности принять активное участие в рассмотрении собственного дела в виде заяв­ления соответствующих ходатайств и жалоб на неправомерный ход дознания или предварительного следствия, в частности когда нару­шаются его процессуальные права и законные интересы. Преду­смотренные действующим российским уголовно-процессуальным за­конодательством неотложные следственные действия, предпринятые правоохранительными органами сразу же после получения сообще­ния или заявления о преступлении, являются первейшей гарантией раскрытия совершенного преступления, изобличения виновного лица, а также своевременной компенсации причиненного потерпевшему ущерба. Согласно п. 19 ст. 5 УПК РФ неотложными следственными действиями являются те следственные действия, которые дознавате­ли обязаны незамедлительно совершить после возбуждения уго­ловного дела для обнаружения и фиксации следов и доказательств преступления. Например, работники правоохранительных органов после получения сообщения о совершенном разбойном нападении или грабеже обязаны сразу же допросить тяжело раненного потерпев­шего от преступления, осмотреть место происшествия, зафиксиро­вать и закрепить все визуальные и вещественные доказательства, назначить и произвести соответствующие освидетельствования и экспертизы, а также принять все меры по розыску и поимке пре­ступников по горячим следам.

       Действующее уголовно-процессуальное законодательство не содержит полного перечня неотложных следственных действий, и потому любое из указанных в УПК следственных действий может стать неотложным в зависимости от конкретных обстоятельств со­вершенного преступления. Ясно только то, что мерой оценки не­отложности того или иного следственного действия является веро­ятность изменения, полного исчезновения или утери доказательств, без своевременной фиксации и закрепления которых расследование совершенного преступления может потерять всякие возможные перспективы.

       Согласно ч. 4 ст. 146, ч. 2 ст. 176 УПК РФ для закрепления следов преступления и установления лица, которое совершило преступление, органы дознания и предварительного следствия правомочны и обязаны производить осмотр места происшествия для проверки обстоятельств преступления, о котором они получили сообщение. Однако производство личного освидетельствования заявителя и судебной экспертизы до возбуждения уголовного дела действую­щим уголовно-процессуальным законодательством прямо не предус­мотрено, хотя для проверки фактов о сообщении преступления такая экспертиза была бы не только целесообразна, но во многих слу­чаях просто необходима. Например, если гражданин обращается в органы внутренних дел или прокуратуры с заявлением о соверше­нии против него попытки отравления удушающим газом либо кис­лотными или щелочными испарениями и при этом представляет пра- / воохранителям образцы своей отравленной слюны, то без кримина­листической экспертизы этих образцов трудно установить досто­верность фактов, указывающих на признаки совершенного против него преступления, так как осмотр места происшествия и резуль­таты его личного освидетельствования могут оказаться недоста­точными для возбуждения уголовного дела и признания заявите­ля потерпевшим. Следовательно, в статьи 144, 179 и 195 УПК РФ, которые устанавливают порядок производства освидетельствова­ния и судебной экспертизы, необходимо внести дополнения о порядке производства освидетельствования и судебной экспер­тизы до возбуждения уголовного дела и признания заявителя в качестве потерпевшего. Причем такой порядок должен быть обязательным для до-знавателей и следователей, и потому их отказ от проведения освидетельствования или судебной экспертизы до возбуждения уголовного дела и признания заявителя потерпев­шим должен считаться необоснованным или иногда даже преступ­ным бездействием, которое закономерно может повлечь за со­бой незаконный отказ от возбуждения уголовного дела и призна­ния заявителя потерпевшим со всеми вытекающими отсюда юри­дическими последствиями.

     Следственно-судебная практика показывает, что органы дозна­ния и предварительного следствия по причине незаинтересованно­сти и халатного отношения к выполнению своих прямых обязанно­стей нередко нарушают десятидневный срок для направления воз­бужденного уголовного дела руководителю следственного органа для определения его подследственности в соответствии со ст. 157 УПК. В отдельных случаях правоохранительные органы не произво­дят осмотр места происшествия (кражи, попытки убийства или от­равления), но своими запоздалыми и стандартными отписками («за­явитель добросовестно заблуждается», «факты, сообщенные заяви­телем, не подтвердились», «недостаточно доказательств» и т.п.) под угрозой привлечения к уголовной ответственности и наказанию за ложный донос в соответствии со ст. 306 УК РФ ставят заявителя в такое положение, пока он «добровольно» не откажется от своего заявления или не перестанет обращаться с жалобами в вышестоя­щие инстанции о том, что он добросовестно не заблуждается и что указанные попытки совершения преступления продолжают систематически совершаться.

      Во время допроса потерпевший должен иметь право собствен­норучно письменно изложить свои показания, а дознаватели, следо­ватели, прокуроры и судьи обязаны принимать эти письменные показания потерпевшего и приобщать их к материалам дела. Иными словами, в п. 2 ч. 2 ст. 42 УПК должно быть внесено соответству­ющее дополнение о праве потерпевшего давать представителям правоохранительных органов государства собственноручно записан­ные показания. В практике досудебного следствия уголовного дела нередко дознаватели и следователи вместо записанных самими по­терпевшими показаний в материалы дела подсовывают выгодные для их заранее запланированного бездействия свои записи показаний потерпевшего, которого всякими неправомерными методами воздей­ствия заставляют расписываться под тем, чего он не говорил в своих показаниях.

        Правоохранительным органам не следует пренебрегать показани­ями и объяснениями потерпевших, пренебрежительно или предосу­дительно считая их плодами «добросовестного заблуждения». Кстати говоря, такая типовая отговорка дознавателей и следовате­лей в правоприменительной практике вовсе не является редкостью становится предметом критики работы правоохранительных органов в средствах массовой информации.

      Жизнь показывает, что нередко некоторые дознаватели и следо­ватели, ссылаясь на недостаточную оплату своего труда и недоста­точное количество штатных правоохранителей, пытаются путем об­мана или психологического давления склонить заявителей к отказу от уже поданного заявления, в грубой форме отказывают в возбуж­дении уголовных дел, а иногда даже делают попытки для укрытия преступлений от их регистрации и учета путем их незаконной пере­регистрации, сокрытия заявления и материалов проверки. Обычными необоснованными и незаконными отговорками подобных действий и решений правоохранительных органов являются следующие непра­вомерные основания: «добросовестное заблуждение заявителя о преступлении», «безответственное отношение потерпевшего к кра­денному своему имуществу», «малоценность краденного имущества», «недоказанность наличия у заявителя украденного имущества», «неустановленность факта кражи имущества», «нежелание заявителя признать его в качестве потерпевшего» и т.п. Причем, как отмечают некоторые исследователи, уголовные дела не возбуждаются особен­но по сообщениям о тяжких и особо тяжких преступлениях, в частности об убийстве или безвестной пропаже людей.

     Для обоснованного и своевременного возбуждения уголовного дела и признания заявителя потерпевшим, наряду с осмотром места происшествия и допроса потерпевшего, должно обязательно про­водиться также освидетельствование пострадавшего. Согласно ст. 179 УПК РФ освидетельствование имеет целью обнаружение на теле потерпевшего следов преступления, телесных повреждений (ранений, ушибов, кровоподтеков, шрамов, кровяных мазков, призна­ков отравления), особых примет (имеющих особое расположение родимых пятен, послеоперационных рубцов, татуировок); фиксации особых состояний (болезни, страха, переутомления, алкогольного или наркотического опьянения, нарушения речи, дрожания пальцев). По справедливому мнению некоторых авторов, к принудительному ос­видетельствованию представители правоохранительных органов должны прибегать только в тех случаях, когда исчерпаны все воз­можности убеждения потерпевшего в том, что совершенное против него преступление можно будет раскрыть только после его осви­детельствования.

        В соответствии с п. 4 ст. 195 УПК РФ судебная экспертиза в отношении потерпевшего, кроме случаев, предусмотренных п. 2, 4 и 5 ст. 196 УПК РФ (установление его фактического возраста, харак­тера и тяжести вреда, причиненного потерпевшему, установление его дееспособности), производится с их письменного согласия или со­гласия их законных представителей. Понятие «дееспособное лицо», примененное к потерпевшему, означает ответственное й адекватное восприятие лицом факта и обстоятельств совершенного против него уголовно наказуемого деяния, его способность адекватно воспри­нимать реальные факты либо добросовестно заблуждаться.

      Согласно статьям 42, 195, 198 и 206 УПК РФ потерпевший вправе в любой момент знакомиться со всеми материалами назначенной и произведенной экспертизы, заявлять отвод эксперту и ходатайство­вать о назначении дополнительной или повторной экспертизы. Дело в том, что, по данным судебной статистики, в правоприменительной практике каждая третья экспертиза назначалась несвоевременно, т.е. неправомерно откладывалась, перед экспертом ставились не все необходимые вопросы для выявления истины по делу.

       Все сведения и вещественные доказательства, переданные потер­певшим, органы дознания, предварительного следствия и суда дол­жны тщательно проверять и приобщать к материалам уголовного дела. При этом в случае сомнения правовой значимости того или иного сведения и доказательства, которые, как правило, должны быть приобщены к материалам уголовного дела и сохранены в надлежа­щих условиях, все сомнения должны быть истолкованы в пользу потерпевшего, пока не будет доказано обратное. У работников правоохранительных органов всегда останется возможность привле­кать недобросовестного или злонамеренного заявителя о якобы совершенном против него преступлении (например, при инсцениров­ке совершения против него преступления) к уголовной ответствен­ности за ложный донос или за дачу ложных показаний. Но когда сведения, сообщенные заявителем, и представленные им доказатель­ства по причине лени, невежества или корыстной заинтересованно­сти представителей правоохранительных органов не принимаются и не подвергаются надлежащей проверке и правовой оценке, то мно­гие совершенные преступления просто оставляются нераскрытыми, преступники по причине своей безнаказанности еще больше активи­зируют реализацию своих разрушительных планов. Жертвы же пре­ступлений и общество в целом все больше начинают испытывать возрастающее недоверие и неприязнь к правоохранителям.

      Для своевременного и обоснованного возбуждения уголовного дела и признания заявителя потерпевшим важна также правильная квалификация признаков предполагаемого преступления, о кото­ром заявило считающее себя пострадавшим лицо. Например, в делах о нанесении оскорбления или клевете вопрос о наличии или отсут­ствии состава преступления в действиях подсудимого должен быть решен только с учетом субъективного отношения потерпевшего к содеянному против него правонарушению. Стало быть, отказ в возбуждении уголовного дела частного обвинения или вынесение оправдательного приговора по мотивам малозначительности со­деянного является неправомерным решением и подлежит немед­ленной отмене со стороны вышестоящих правомочных органов или суда.

        Неправомерным также будет решение об отказе в возбуждении уголовного дела в случае, когда деяние против заявителя совершено душевнобольным человеком, который находился в невменяемом состоянии.

        Неправомерный и необоснованный отказ дознавателя или следо­вателя в возбуждении уголовного дела или его прекращение «не­признанный потерпевший» вправе обжаловать прокурору или в суд в порядке ст. 124 и 125 УПК РФ. Такая жалоба на незаконные решения, действия или бездействие представителей правоохранительных ор­ганов должна быть рассмотрена судом с участием заявителя и его представителя, а также иных заинтересованных в данном деле лиц. Заявитель имеет право обосновывать свою жалобу всеми не зап­рещенными законом способами, а также после выступления всех других участвующих в данном судебном заседании лиц выступить с соответствующей репликой.

     Часть 7 ст. 125 УПК РФ полагает, что принесение жалобы потер­певшим на решение, действие или бездействие представителей правоохранительных органов не приостанавливает производство обжа­луемого решения, действия или бездействия, «если это не найдет нужным сделать орган дознания, дознаватель, следователь, прокурор или судья». Здесь возникает естественный вопрос: а если «неприостановление», т.е. исполнение обжалуемого потерпевшим решения, может привести к необратимым и невосполнимым последствиям, то как же должен поступить суд? Представляется, что в данном случае в указанное положение закона необходимо внести поправку о том, что исполнение обжалуемого решения представителей правоохра­нительных органов должно быть приостановлено судом до приня­тия окончательного решения, если оно, по мнению суда (а не помнению самих работников правоохранительных органов, которые по известным причинам не захотят признаться в неправомерности собствен­ных действий или бездействия), может иметь необратимые и невоспол­нимые вредные последствия. Во всех подобных случаях действующее российское законодательство должно по возможности умерить усмотрительный произвол работников правоохранительных органов, дать больше правомерных возможностей потерпевшим иметь беспрепятствен­ный доступ к правосудию и посредством суда самостоятельно защи­тить свои конституционные права и законные интересы.

       О важнейшей обязанности прокуроров в деле защиты прав и законных интересов потерпевших от преступлений указывалось в ведомственных распоряжениях и приказах Генерального прокурора РФ, в которых обращено внимание нижестоящих прокуроров на внимательное отношение к рассмотрению жалоб и заявлений о совершенных преступлений, принятие всех необходимых мер к вос­становлению нарушенных прав, возмещению морального и матери­ального вреда.

         В пункте 3.1 совместного Приказа Генеральной прокуратуры РФ № 18 и МВД России № 350 от 16 мая 2005 г. «О мерах по укреп­лению законности при вынесении постановлений об отказе в воз­буждении уголовного дела» установлено, что необходимо обес­печить рассмотрение материалов об отказе в возбуждении уголов­ного дела не позднее 24 часов с момента поступления их в проку­ратуру, а также давать надлежащую правовую оценку принятого органом дознания или следствия решения по отказным делам.

          В соответствии с ч. 6 ст. 148 УПК РФ, признав отказ следователя в возбуждении уголовного дела незаконным или необоснованным, прокурор выносит мотивированное постановление о направлении соответствующих материалов руководителю следственного органа для решения вопроса об отмене постановления об отказе в воз­буждении уголовного дела. Признав постановление органа дозна­ния или дознавателя об отказе в возбуждении уголовного дела незаконным или необоснованным, прокурор отменяет его и направ­ляет соответствующее постановление начальнику органа дознания со своими указаниями.

Для решения вопроса можете воспользоваться нашим предложением: Бесплатная Юридическая Консультация

С этой статьёй так же читают:

ЗАДАТЬ ВОПРОС ЮРИСТУ

Добавьте файл... captcha



Адвокат Денис Лисенков